Печать

Мизиев Исмаил Муссаевич – историк, ученый с мировым именем.

Родился в 1940 году в сел. Нижний Чегем Чегемского района Кабардино-Балкарской Республики. Закончил отделение истории историко-филологического факультета КБГУ (1963) и аспирантуру по археологии в институте Археологии АН СССР (1967). Защитил кандидатскую диссертацию по теме: «Материальная культура Балкарии и Карачая XIII -XVII вв.».

Автор около 200 научных работ, в том числе девяти монографий, изданных в Москве, Алма-Ате, Баку, Уфе, Санкт-Петербурге, Грозном, Махачкале, Владикавказе, Тбилиси, Ереване, Стамбуле, Черкесске.

Биографическая справка из журнала Ас-Алан №1, стр.1, 1998 г.

 

Родился в 1940 году в сел. Нижний Чегем Чегемского района Кабардино-Балкарской Республики. Закончил отделение истории историко-филологического факультета КБГУ (1963) и аспирантуру по археологии в институте Археологии АН СССР (1967). Защитил кандидатскую диссертацию по теме: «Материальная культура Балкарии и Карачая XIII -XVII вв.».

Автор около 200 научных работ, в том числе девяти монографий, изданных в Москве, Алма-Ате, Баку, Уфе, Санкт-Петербурге, Грозном, Махачкале, Владикавказе, Тбилиси, Ереване, Стамбуле, Черкесске.

 

Биографическая справка из журнала  Ас-Алан.-1998.-№1,-с. 1

Печать

И. М. Мизиев – кандидат исторических наук

Накануне нового года в Кабардино-Балкарский научно-исследовательский институт пришла из Москвы телеграмма. В ней сообщалось, что 28 декабря решением Ученого совета Института археологии АН СССР нашему земляку И.М. Мизиеву присуждена ученая степень кандидата исторических наук. Тема диссертации: «Средневековая материальная культура Балкарии и Карачая (XIII—XVII вв.)». Научным руководителем диссертанта был известный археолог-кавказовед, лауреат Ленинской премии, доктор исторических наук Е. И. Крупнов.


...У всякого, кто побывал в горах Кабардино-Балкарии и Карачаево-Черкесии, неизбежно возникал интерес к развалинам многочисленных оборонительных башен и замков, сооруженных зачастую на головокружительной высоте, на труднодоступных карнизах скал. Все это – немые свидетели героической борьбы свободолюбивых горцев за независимость. Топография и планировка другой категории оборонительных сооружений в общей системе горских аулов указывает на тенденцию горских князей – таубиев изолироваться за неприступными стенами своих «осиных гнёзд» от неименитых сородичей, усилиями которых сооружались эти укрепления.


О глубокой социально-экономической дифференциации населения горных районов КБАССР и КЧАО в период позднего средневековья в какой-то мере свидетельствуют и наземные гробницы-мавзолеи (кешене), принадлежавшие, как и оборонительные сооружения, отдельным княжеским фамилиям.


Немалый интерес среди памятников горной зоны представляют и позднесредневековые каменные ящики и склепы, генетически восходящие к эпохе бронзы (II тысячелетие до н. э.), а также грунтовые могильники и горные поселения.

Все эти памятники, которые являются едва ли не единственными источниками по позднесредневековой истории балкарцев и карачаевцев, в диссертации И. М. Мизиева классифицированы по типам и группам и приведены в довольно стройную систему. И, говоря словами его оппонента, доктора исторических, наук Л. И. Лаврова, «на сегодняшний день – это наиболее обстоятельное описание позднесредневековых памятников Балкарии и Карачая».


И. ЧЕЧЕНОВ,
научный сотрудник КБНИИ

Статья из газеты Кабардино-Балкарская правда, 9 января1968 г.

Печать

Без права на забвение

К 65-летию историка И. Мизиева

Видного историка-кавказоведа Исмаила Мусаевича Мизиева хорошо знают в ученом мире – все, кто интересуется историей, этнографией, этнопсихологией народов, густо населяющих кавказский заповедный край.

Исмаил Мусаевич Мизиев родился в декабре 1940 года в с. Нижний Чегем. Окончил историко-филологический факультет КБГУ и аспирантуру института истории и археологии АН СССР. Основным местом его работы стал Кабардино-Балкарский институт гуманитарных исследований, а также он читал лекции в КБГУ. В последние годы, и до самой кончины в 1997 году, он возглавлял Кабардино-Балкарское общество охраны памятников архитектуры и культуры.

Как ученый он немало преуспел в области исторической науки. История была и оставалась для него одной и пламенной страстью, и, отстаивая свои принципы, он шел с открытым забралом, совсем как у поэта, находя упоение в бою и только так понимая долг ученого, да и гражданина. Не, ошибается тот, говорят в народе, кто ничего не делает. Исмаил Мусаевич сделал очень много для развития исторической науки. В его воззрениях и выводах не отыщешь овалов, ведь он был бескомпромиссным защитником выдвигаемых идей и концепций.

Не потому ли Исмаил Мизиев нередко оказывался под перекрестным огнем не только своих честных оппонентов, но и завистников, деляг от науки. Прикованный к постели после тяжелой аварии, за короткую жизнь он сделал так много, что иному не сделать бы и за две. О таких людях как он можно сказать, что они оставили яркий след в жизни и в истории. По этим добрым следам, проторенной ими дорогой можно смело идти, потому как они ведут в храм верности идеалам, в храм святости и любви к человеку. Отсюда вытекает логика дальнейших событий, связанных с именем ученого.

Оглядываясь назад, невольно задаешься вопросом, чем же, помимо своей рыцарской натуры, так раздражал иных Исмаил Мизиев, и отвечаешь себе: оказывается, кристально честным отношением к предмету своих исследований, а в конкретике, к вопросу этногенеза и этнической истории народов Северного Кавказа, где курсивом можно выделить его концептуальный, исторически выверенный подход к выводам о судьбе и бытовании балкарского народа, история которого претерпела апокалиптическую трансформацию. Мог ли ученый, в груди которого билось сердце сына своего народа, оставаться равнодушным, сторонним созерцателем некой мышиной возни вокруг имени этноса, познавшего трагические времена? Не мог, конечно.

К сожалению, оппоненты И. Мизиева не хотели видеть этой гуманной тенденции в его трудах.

По примеру некоторых функционеров от науки, он вполне мог бы выбрать для себя путь иной, гладкий, излагать прописные истины - без эпатажа, не раздражая никого, без острых углов, удостаивался бы титулов, ученых степеней, вожделенных званий.

Нет, Мизиев не таков, ведь он учился у X. Бербекова, А. Касумова, И. Хейфиц, В. Крикунова, Т. Кумыкова, учился науке чести и достоинства, науке неустанного поиска, итогом чего становились открытия и находки, на которые он был обречен буквально с первых шагов. Стоит назвать хотя бы его паломничество к Джулату в группе Г. Ионе. Как он тогда был увлечен раскопками, как романтизировал исторические реалии, ведь при его темпераменте, его стремлении, познавая, открывать, наука была для него высокой поэзией. И этими чувствами он упивался, они подвигали его на неустанный и порой изнурительный труд.

Полемист, страстный и убежденный в своей правоте, он твердо отстаивал свои принципы в кандидатской диссертации на тему «Средневековая материальная культура Балкарии и Карачая (XII-XVIII в.в.)», защита которой состоялась в декабре 1967 года в Институте археологии АН СССР, и даже развела по разные стороны баррикад его научных оппонентов, хотя защита прошла блестяще, явив аудитории молодого, истинно талантливого ученого, что называется, рыцаря без страха и упрека. Докторскую же диссертацию И. Мизиев защитить не успел: он писал ее долго, прикованный к постели, делая титанические (физические и моральные) усилия, чтобы предстать с готовой работой перед синклитом ученых мужей - диссертационной комиссией. Здесь уместно с признательностью назвать имя профессора Салиха Эфендиева, добившегося выездного заседания диссертационного совета здесь, в Нальчике. Увы, в августе, за месяц - два до защиты, сердце ученого перестало биться. Но вот, ирония судьбы; в том же месяце ему было присвоено почетное звание «Заслуженный деятель науки КБР», а вскоре, в сентябре, решением ученого совета Карачаево-Черкесского госуниверситета он стал почетным доктором этого вуза.

Жизнь Исмаила Мусаевича Мизиева сродни подвигу, о чем красноречиво свидетельствуют его научные труды: двенадцать монографий, десятки обстоятельных статей, в которых научность переплетается с пафосом публициста, печатные материалы, описывающие археологические раскопки, в которых он лично участвовал, доклады, рецензии, опубликованные в региональных, а также центральных сборниках и журналах. Словом, научное наследие И. Мизиева, безусловно, входит в золотой фонд истории Отечества, апробировано оно и на международном уровне.
Хочется закончить слово об Исмаиле Мизиеве раздумьями его дочери, доктора исторических наук, профессора КБГУ Ирины Исмаиловны Маремшаовой, сказавшей следующее: «Если бы сегодня меня попросили подобрать эпитет, раскрывающий его характер, то вряд ли бы я ограничилась одним словом. Сила, энергия, доброта - вот в этом был он весь, в этом ключ притягательности его личности...».

Как считает Б.М. Зумакулов, присутствовавший на защите диссертации Ирины, хорошо знающий семью ученого, его жену Галину Шкаровскую, да и всех детей Исмаила, «в ее (Ирины - СМ.) диссертации чувствуется дух отца - корифея кавказоведения, большого и оригинального историка...».

Еще много будет написано об И. Мизиеве - уже появилась книга под названием «Исмаил Мизиев: путь к истокам», которая даст наиболее полное представление о нашем современнике, жизнь которого можно обозначить одним, но значимым понятием - Борьба за истину.

Светлана МОТТАЕВА.

Статья из газеты
 Кабардино-Балкарская правда, 27 декабря 2005 г.

 

Контакты

...

Наши друзья

assia big

kuliev

mechiev

elbrusoid

otarov

balkteatr big

 

temukuev