Печать

Исмаилу Мизиеву

Настоящие большие поэты очень красиво иллюстрируют своими стихами мысль историка,
их стихи тоже идут из глубины жизни народа, раскрывают их душу и чаяния его.
И. Мизиев


…третьи сложились раньше,
чем сами древние тюрки, например, балкарцы...
Л. Гумилев


Я смотрю на родные просторы,
Боль в груди, по былому тоска.
Что мне ваши ученые споры, -
Песня к истине больше близка.

В глубь веков мою память уносит
Не Клио, а двуглавый Таурус, 
Там на ваши пустые вопросы
Хмурит брови священный Эльбрус.

Род Шауая - свободный и горний, 
В эту землю вросли мы навек,
И когда обрубали нам корни
За побегом пускали побег.

Да, мы - нарты, мы - скифы, мы - асы,
Тенгриане, пророк наш Дебет, 
Мы - аланы, мы - снежные барсы,
Мы - балкарцы, нам тысячи лет.

Суть одна - мы избранники бога,
Все одно, как ты нас ни зови.
Но... беда: мы забыли о долге,
Что у нас от творенья в крови.

Потому и Тейри нас оставил,
Потому и Къадар к нам не мил, 
Потому нами дьявол и правил,
Друг на друга аланов травил.

И не «тьмы нас» сегодня... а впрочем,
С нами слава великих отцов,
И когда-нибудь «жадные очи»
Пустят стрелы в живых мертвецов.

Вспомнить. Помнить, как было вначале,
Как очистили Землю от зла,
И какие открыли мы дали,
Как под Богом Земля расцвела.

На восток мы пошли на восходе,
На закате на Запад пошли,
В бесконечном крестовом походе
Потеряли себя и... нашли.

Неподвластны языческой ночи,
Мы везде оставляли свой след.
Потому и «раскосые очи»
Излучают божественный свет.

Потому же и Запад спасался
Вечным дьяволом вечно гоним,
Что мой предок в Европе остался,
Окрестив Византию и Рим!

Нашей кровью небесною с небом
Породнили мы вас, но уже
Не боитесь вы божьего гнева,
Мир опять на крутом вираже.

Днесь притворство покрыло планету,
В небо благовест льется как лесть.
Знать, гармонии все-таки нету,
Или это гармония и есть?!

Русь росла. Доросла до России
На обломках великой страны, 
Не смогла дорасти до мессии, -
Вновь она под пятой сатаны.

Но не зря и совсем неслучайно
Мы себя раздарили вам, нет:
Никому из живущих не тайна –
Так мы вас ограждали от бед.

И не зря двадцать первого века
Пуповина отрезана здесь:
В каждом русском душа-человеке
Наше кровно-балкарское есть.

Есть смирение перед Всевышним,
И надежда - остаться людьми.
Потому мы когда-то и вышли
На дорогу добра и любви.

Мы, авары, не варвары вовсе,
Мы, кипчаки, не дикие, нет!
Мы, хазары, - вандалы?! Да бросьте!
Грубы гунны?! Наш краток ответ:

Да, мы дети Адама и Евы,
Да, мы дети священной земли!
Вновь аланы пускают побеги
На границах холодной зимы!..

...Нет, судьба не была к нам жестока,
Если мы о Тебе говорим,
Боже! Дай нам вернуться к истокам,
Дай исполнить нам долг свой. Аминь!


Мухтар Табаксоев



Исмаилу Мизиеву

 

 

Настоящие большие поэты очень красиво иллюстрируют своими стихами мысль историка, их стихи тоже идут из глубины жизни народа, раскрывают их душу и чаяния его.

И. Мизиев

 

...третьи сложились раньше, чем сами древние тюрки, например, балкарцы...

Л. Гумилев

 

Я смотрю на родные просторы,

 Боль в груди, по былому тоска.

Что мне ваши ученые споры, -

Песня к истине больше близка.

 

В глубь веков мою память уносит

Не Клио2, а двуглавый Таурус3,

Там на ваши пустые вопросы

Хмурит брови священный Эльбрус.

 

Род Шауая4 - свободный и горний,

В эту землю вросли мы навек,

И когда обрубали нам корни

За побегом пускали побег.

 

Да, мы - нарты, мы - скифы, мы - асы,

Тенгриане5, пророк наш Дебет,

Мы - аланы, мы - снежные барсы,

Мы - балкарцы, нам тысячи лет.

 

Суть одна - мы избранники бога,

Все одно, как ты нас ни зови.

Но... беда: мы забыли о долге,

Что у нас от творенья в крови.

 

Потому и Тейри нас оставил,

Потому и Къадар6 к нам не мил,

Потому нами дьявол и правил,

Друг на друга аланов травил.

 

И не «тьмы нас» сегодня... а впрочем,

С нами слава великих отцов,

И когда-нибудь «жадные очи»

Пустят стрелы в живых мертвецов.

 

Вспомнить. Помнить, как было вначале,

Как очистили Землю от зла,

И какие открыли мы дали,

Как под Богом Земля расцвела.

 

На восток мы пошли на восходе,

На закате на Запад пошли,

В бесконечном крестовом походе

Потеряли себя и... нашли.

 

Неподвластны языческой ночи,

Мы везде оставляли свой след.

Потому и «раскосые очи»

Излучают божественный свет.

 

Потому же и Запад спасался

Вечным дьяволом вечно гоним,

Что мой предок в Европе остался,

Окрестив Византию и Рим!

 

Нашей кровью небесною с небом

Породнили мы вас, но уже

Не боитесь вы божьего гнева,

Мир опять на крутом вираже.

 

Днесь притворство покрыло планету,

В небо благовест льется как лесть.

Знать, гармонии все-таки нету,

Или это гармония и есть?!

 

Русь росла. Доросла до России

На обломках великой страны7,

Не смогла дорасти до мессии, -

Вновь она под пятой сатаны.

 

Но не зря и совсем неслучайно

Мы себя раздарили вам, нет:

Никому из живущих не тайна –

Так мы вас ограждали от бед.

 

И не зря двадцать первого века

Пуповина отрезана здесь:

В каждом русском душа-человеке

Наше кровно-балкарское есть.

 

Есть смирение перед Всевышним,

И надежда - остаться людьми.

Потому мы когда-то и вышли

На дорогу добра и любви.

 

Мы, авары, не варвары вовсе,

Мы, кипчаки, не дикие, нет!

Мы, хазары, - вандалы?! Да бросьте!

Грубы гунны?! Наш краток ответ:

 

Да, мы дети Адама и Евы,

Да, мы дети священной земли!

Вновь аланы пускают побеги

На границах холодной зимы!..

 

...Нет, судьба не была к нам жестока,

Если мы о Тебе говорим,

Боже! Дай нам вернуться к истокам,

Дай исполнить нам долг свой. Аминь!

Мухтар ТабаксоевПримечания
1Имеется в виду Великая степь.
2К л и о - муза истории.
3Т а у р у с - двуглавый орел в карачаево-балкарской мифологии и нартском эпосе. Вероятно, Таурус воспринимался нашими предками как покровитель истории (Таурух - историческая легенда, торых - история, тарых - дата).
4 Шауай, Карашауай - единственный представитель нартского племени, сын Алаугана, внук Дебета, который остался жить на Кавказе (у подножья Эльбруса) после того, как нарты, истребив скверну на Земле, отправились в Верхний и Нижний миры для продолжения борьбы со злом, т.е. на Восток и на Запад (см. Нартский героический эпос).
5 Тенгрианство - древняя монотеическая религия тюрков.
6 Къадар - рок, судьба.
7Имеется в виду сменявшая в разные эпохи свое название страна тюрков.

Печать

След в истории

Выдающегося ученого и удивительного человека Исмаила Муссаевича Мизиева я знал очень хорошо.

Он происходил из древнего дигорского (тюркского) рода, представитель которого Мызы (Мизи) переселился в балкарский аул Чегем. От него пошла большая фамилия узденей Мызыевых (Мизиевых), из числа которых вышло немало известных во всей Кабардино-Балкарии и Карачаево-Черкесии людей. Наиболее видным и известным из них стал славный сын карачаево-балкарского народа Исмаил Мизиев.

В 1965-1967 гг. он, будучи аспирантом Института археологии Академии наук СССР, неоднократно приезжал в Карачаево-Черкесию, проводил в Карачае археологические раскопки, изучал памятники старины-башни, древние городища, могильники, надписи на камнях и т.д. Я в те годы работал старшим научным сотрудником Карачаево-Черкесского научно-исследовательского института истории, языка, литературы и экономики и принимал участие в некоторых экспедициях Исмаила: организовывал его встречи со стариками - знатоками старины, знакомил его с историческими памятниками на территории Карачаево-Черкесии.

Мы особенно много беседовали, обсуждая вопросы этногенеза карачаево-балкарцев, вместе изучали высказывания многих ученых о происхождении этого народа и других тюркских народов. И пришли к выводу о том, что основной прародиной тюрков были Восточная Европа и Западная Азия, особенно Урало-Волжский регион, Северо-Западный Казахстан и Северный Кавказ. Свою концепцию по этногенезу тюркских народов мы подробно изложили в труде «О происхождении тюркских народов», изданном в 1993 г. в Черкесске.

Нашу концепцию поддержали лингвисты с мировым именем - академики Мирфатых Закиевич Закиев и Мамед Ширалиевич Ширалиев, а также немало других ученых-историков, этнографов, лингвистов.

В своих замечательных книгах «Средневековые башни и склепы Балкарии и Карачая» (1970), «Балкарцы и карачаевцы в памятниках истории» (1981), «Шаги к истокам этнической истории Центрального Кавказа» (1986), «История рядом» (1990), «История Балкарии и Карачая» (1996), И. М. Мизиев убедительно доказал, что карачаевцы и балкарцы являются древнейшими народами Кавказа, что известными истории их далекими предками были носители высокой майкопской культуры, жившие на Северном Кавказе от Дагестана до Черного моря в III - II тыс. до н. э.

При этом Исмаил Муссаевич научно обосновал, что с тех далеких времен и до нашего времени прослеживается историческая непрерывность культуры карачаевцев, балкарцев, кумыков и других тюркских народов Кавказа. Вместе с тем ученый, не умаляя роли в истории региона других народов, ярко показал роль киммеров, скифов, сарматов, алан, гуннов, булгар, хазар, печенегов, кипчаков и других тюркских народов в социально-экономическом и культурном развитии Кавказа и ближайших регионов юго-востока России.

И. М. Мизиев дарил мне все свои труды, их я неоднократно использовал в своих работах, опираясь на его выводы и заключения. Во время очередной нашей встречи у него на квартире в Нальчике Исмаил подарил мне одну из лучших своих книг - «Шаги к истокам этнической истории Центрального Кавказа», снабдив ее дарственной надписью: «Дорогому Кази Лайпанову с самыми добрыми воспоминаниями о встречах, беседах об истории наших народов».
Эту книгу, содержащую массу новых ценных научных фактов, положений и выводов, я часто использую в своей научной деятельности.

Многие ученые высоко отзывались о данной работе и других монографических труда талантливого ученого. Но большинство почитателей его таланта не знакомы с многочисленными научными статьями Исмаила Мизиева (а их около 200), опубликованными в различных сборниках, журналах, газетах. Среди этих работ я бы особо выделил статью «О создателях майкопской культуры», опубликованную в 1990 г. в журнале «Советская археология». В ней И. М. Мизиев научно аргументировано доказал, что носители высокоразвитой в III - II тыс. до н.э. культуры, условно названной Майкопской, были в основном древнейшими предками тюркских народов. По его словам, в III тыс. до н.э. «курганный обряд погребений и специфический набор предметов привнесены на Кавказ древнейшими степняками» (С. 134).

Хочу отметить, что И. М. Мизиев был не только крупным ученым, оставившим заметный след в науке, но и великолепным человеком, личностью, обладавшей таким редким набором качеств, как патриотизм, интернационализм, мужество, честность, справедливость, принципиальность, доброжелательность и сердечность.
Он бы мог принести еще много пользы науке, народу, но, к несчастью, рано ушел из жизни.

По стопам отца пошла его дочь Ирина Исмаиловна Маремшаова, ставшая доктором исторических наук, которая исследует актуальные проблемы истории балкарцев и близкородственных им карачаевцев. Одновременно она обучает и воспитывает студентов Кабардино-Балкарского государственного университета, является ученым секретарем диссертационного совета университета.


Кази Лайпанов,
профессор, заслуженный деятель науки КЧР

Печать

Ушедший на взлете

И. М. Мизиев был моим товарищем и коллегой, которого я знал много лет. В студенческие годы мы участвовали в работе студенческого научного совета, председателем которого был ныне известный в России математик, президент Адыгской (Черкесской) Международной академии Адам Черимович Нахушев.

Несмотря на то, что мы занимались разными научными проблемами и секции были разными, но, может быть, из-за солидарности или, скорее всего интереса, я неизменно присутствовал на научных сообщениях Исмаила Мизиева, а он не пропускал моих выступлений. Еще в те, далекие 50-60-е гг. оттиски наших рефератов публиковались в одних сборниках студенческих научных работ.

Потом я оказался в водовороте общественно-политической деятельности. Был избран секретарем, первым секретарем Кабардино-Балкарского обкома комсомола, некоторое время работал даже за пределами республики. Тем не менее постоянно находился в курсе научных поисков Исмаила Муссаевича. Первые свои книги «Средневековые башни и склепы Балкарии и Карачая», «Шаги к истокам этнической истории Центрального Кавказа» Исмаил преподнес мне с теплыми дарственными надписями.

В последующем, уже по роду своих служебных обязанностей, мне приходилось быть в курсе событий, происходящих в жизни республики, в том числе и в научной сфере.

Скажем откровенно, не все разделяли взгляды Исмаила Мизиева, но никого его научная деятельность и результаты исследования не оставляли равнодушными. Да, он был ершистым, задиристым, иногда его видение некоторых периодов истории Кавказа не принималось отдельными историками в силу уже сложившихся, как они думали, незыблемых положений, а Исмаил, еще совсем молодой, без имени и научных регалий, оппонировал признанным авторитетам.

Книги, выходящие из-под его пера, становились сразу же предметом дискуссий. Одни ученые радовались и гордились, другие скрежетали зубами, но и те, и другие были едины в оценке: Мизиев большой и оригинальный историк, ученый, утверждающий свое собственное место в кавказоведении. Совсем недавно Заур Гасанов прислал мне книгу «Царские скифы», изданную в Нью-Йорке в 2002 г. Меня удивило и обрадовало, что этот молодой ученый считает И. М. Мизиева одним из самых достойных историков-кавказоведов. Он ссылается на его труды, его выводы сопоставляет с данными архивов Соединенных Штатов Америки и приходит к выводу: выдвинутая И. М. Мизиевым теория возникновения и развития этноса карачаевцев и балкарцев является вполне научной и подтверждается фактами истории. Я не специалист по древней истории Кавказа, но одно могу сказать, что И. М. Мизиев поднял огромный, нетронутый до него пласт истории, но, к большому сожалению, не успел завершить начатое в полной мере. Он ушел из жизни в момент, когда уже была готова докторская диссертация, обобщающая результаты многих лет научной деятельности. Он умер, как говорится, на взлете.

Но его мысли и выводы получили глубокое развитие в докторской диссертации дочери Ирины. В ее диссертации чувствуется дух отца - корифея кавказоведения, большого и оригинального историка. И ее диссертация вызвала на обсуждении много споров, но защита прошла блестяще, и это был подарок благодарной дочери своему отцу. То, что не удалось Исмаилу, удалось Ирине.

Говоря об Исмаиле Мизиеве, я не могу не сказать вот о чем: всю свою жизнь он посвятил комплексному исследованию многовековой и древней истории балкарцев и карачаевцев, тем самым внеся неоценимый вклад в историю кавказоведения.

Он, как настоящий горец, как истинный ученый, во имя реализации поставленной цели, стоически преодолевал тяжкие испытания, выпавшие на его долю.

Я много раз бывал у него дома, и когда заходил в прямом смысле забитый книгами кабинет, мне казалось, что нахожусь в келье инока, склоненного над летописью «последних сказаний». В комнате оставалось немного свободного места, на котором размещалась инвалидная коляска, в коей восседал, словно огромная глыба, вырубленная из гранитной кавказской горы, Исмаил Мизиев. Глядя на него, на все, что его окружает, слушая его, приходил к выводу: не правы те, кто говорит, что «нет ныне места и время для подвига». Мизиев доказал: есть место и подвигу, есть место и подвижничеству, есть люди, обладающие силой духа, мощной энергетикой, поддерживающие стремление человека к жизни и одухотворяющие жизнь, наполняя ее смыслом.

Хочу еще отметить, что, будучи в доме у Мизиевых, и видя, какой заботой и вниманием Исмаила, прикованного к инвалидной коляске, окружила его жена Галина, урожденная Шкаровская, еще и еще раз я убеждался в мысли: любовь не имеет границ, ни национальных, ни этнических. Она или есть, или ее нет. И вероятно, в том, что Исмаил Мизиев после катастрофы не пал духом, а мобилизовал жизненные ресурсы и продолжил научные исследования, издав фундаментальные труды, неоценимая заслуга его жены и верной подруги.

Имя Исмаила Муссаевича Мизиева останется навсегда в благодарной памяти народа, которому он служил и которому отдал свой высокий талант историка, человека и гражданина.

Борис Зумакулов, 
доктор исторических наук, профессор

Контакты

...

Наши друзья

assia big

kuliev

mechiev

elbrusoid

otarov

balkteatr big

 

temukuev